Category: происшествия

Взрыв в Волгограде. Пограничные столбы не помогут.

Волгоградский теракт, организованный джихадистами-смертниками, вновь обострил вопрос об отделении кавказских регионов от России. Реплики о необходимости послать нерусский юг нашей страны куда подальше раздаются все сильнее, однако обратимся к здравому анализу в этом крайне непростом вопросе.

По большому счету, взаимосвязь между нахождением Кавказа в составе России и взрывом в Волгограде, видится не очевидной. Дело в том, что люди, причастные к терактам такого рода, давно перестали мыслить государственными границами, мотивируя свои поступки лишь фанатичными трактовками религиозных постулатов. Волгоградский взрыв, организованный смертниками, не несет никакого рационального начала или ясной политической подоплеки. Вопреки расхожему мнению, данный теракт – это не ответ на Бирюлево, это просто акт ненависти к мирской жизни – уничтожения (врага) и самоуничтожения (себя). Подробней об этом написал Павел Жеребин.

Договориться об отделении Кавказа можно только при обоюдном  стремлении к этому воюющих сторон. В 1996-м, когда Чечня требовала независимости, к такому соглашению (позорному и унизительному для русских) удалось прийти, поскольку такие люди как Масхадов и Басаев были в тот период однозначными государственниками, только чеченскими. Кровь в те годы лилась в ходе противостояния двух государств – постсоветской РФ и непризнанной Чеченской республики Ичкерия (ЧРИ).

Ситуация современного образца принципиально иная. Замешанная на чеченском национализме, с языческим волком на знамени ЧРИ была упразднена в 2007 году самими боевиками, на ее месте был образован “Имарат Кавказ” (Кавказский Эмират) – структура по сути внегосударственная, рассматривающая себя лишь как часть мирового джихадистского подполья.

Цель такого “имарата” – глобальное доминирование своей версии исламизма в мировом масштабе. На этом пути все “кафирские” (немусульманские) государства должны быть сметены. Россия, само собой, не исключение. В этом смысле предшественником организаторов и исполнителей взрыва в Волгограде является не Джохар Дудаев, а таинственные фигуры вроде Бен Ладена. Дудаев же идеологически был гораздо ближе к Кадырову, чем к последнему поколению кавказских террористов.

С джихадистами невозможно разговаривать путем введения визового режима, колючей проволоки на границе или экономических санкций. Такими способами можно поставить на место регионального царька вроде Рамзана. Что касается бомбистов-интернационалистов под зеленым флагом, действующих в мировом масштабе, то любая возможность для автономного территориального существования будет рассматриваться ими лишь как плацдарм для нового наступления.

Представим, что территория проживание кабардинских, черкеских, дагестанских и ингушских народов превратится у границ русских регионов в новый Афганистан времен правления талибов – бедный, но воинственный край, где террористы разобьют свои тренировочные лагеря. Сомнительно, что от такого опасного соседства Россия останется в выигрыше.

Визовый режим, вы говорите? Это неплохо. Да только стоит вспомнить, что исламистами, захватившими универмаг в Найроби, командовала британская подданная Саманта Льютвейт, а ее напарником был принявший ислам негр с Ямайки Джермейн Линдсей. Пограничные столбы не остановили этих зверей.

visa2

Знакомьтесь: Михаил Сазонов, стукач из центра "Э"

Процесс над лидерами и видными активистами петербургской "Другой России" (Дело 12-и) перешел в интересную фазу. 29 мая в Выборгском суде появился главный свидетель обвинения - Михаил Сазонов. Боясь показаться перед собравшимися, Сазонов выступил в деле по "программе защиты свидетелей", то есть давал показания через микрофон, находясь в отдельной комнате. Голос свидетеля был искажен “роботизированным” эффектом, что немало повеселило подсудимых. На вопрос одного из адвокатов, обеспечивают ли сотрудники полиции его личную безопасность, Сазонов ответил, что "да, постоянно".

По версии Сазонова, в Петербурге в 2009 году действовало отделения НБП, в которое он вступил в марте 2009 года. Возглавлял его Андрей Дмитриев, а я, по версии свидетеля, был его правой рукой. Походив на собрания несколько недель, Сазонов раскаялся, поняв что участвует в деятельность экстремистской организации, набрал в поисковике "центр э", после чего сам явился в это учреждение и согласился продолжить посещать собрания, но уже под куратортством сотрудника этого ведомства Дмитрия Грязнова.

На самом деле Михаил Сергеевич Сазонов - изначально был внедренным стукачем от центра "Э". В марте 2009 года он вышел на связь через "вконтакте", имея анкету под именем Александр Рубан (сейчас анкета удалена). Так он и представлялся. Несколько месяцев он действительно посещал собрания лимоновцев (НБП тогда уже не было, хотя сторона обвинения доказывает обратное - в этом и есть суть нашего уголовного дела). Летом 2009 года возникла необходимость в новом помещении для собраний. Неожиданно Сазонов предложил для этих целей пустующую квартиру, где он “иногда играет в покер с друзьями". Как выяснилось позже, в помещении была оборудована видеокамера, записавшая все происходящее до декабря 2009 года.

Сазонов старался не посещать публичные акции, чтобы лишний раз не засветиться. Тем не менее, кое-где он попал под прицел объективов. Вот Сазонов на акции против строительства "Охта-центра" у питерского офиса "Газпром-нефти" 9 октября 2009 года:

Все, кто занимается оппозиционной политикой (прежде всего, в Питере) - запомните эту физиономию. У Сазонова округлое лицо, сам он коренастый, слегка полный. По образованию - недоучившийся юрист, перемещавшийся от вуза к вузу (сейчас, возможно, уже доучился). Если он придет еще на какое-нибудь собрание оппозиционеров - гоните в шею. В дальнейшем в сети появятся и другие его фотографии. 

Почему стукач не был разоблачен раньше? Нацболы в Питере всегда действовали открыто, не пряча свои лица и фамилии за масками - фактически на собрание мог попасть каждый при минимальном уровне адекватности. Ведя легальную, ненасильственную борьбу, организуя гражданское сопротивление, нет смысла играть в подпольщиков.

Еженедельно появляются новобранцы, желающие пополнить ряды лимоновцев. Часть приходится отсеивать сразу (фриков, тусовщиков, мутных людей), другая часть отсеивается сама. Некоторые, естественно, остаются. Попадаются и стукачи, их засылают сразу несколько организаций - городской центр "Э" (на ул. Рузовской), окружной центр "Э" (на ул. Чайковского), ФСБ, а также всевозможные "нашисты". Провокаторов периодически разоблачают, но всех быстро выявить не просто. Впрочем, стукачи наивно полагают, что им удается добыть какую-то важную информацию, посещая публичные встречи. Многое остается сокрытым от глаз врагов. 

Мне приходилось немало общаться с Сазоновым-Рубаном. Он - не глупый, способный парень, поэтому и смог подсунуть ту самую "плохую квартиру", втереться в доверие. Жаль, что он замарался таким делом, испортил карму на всю жизнь. Быть пособником репрессивной машины, прикрывающей от оппозиции воровскую власть, давно съехавшую с катушек - дело подлое, неблагодарное, за которое все равно придется так или иначе отвечать. А наше дело правое, и при любом развитии судебного процесса мы выйдем победителями.

“Оккупайабай”: борьба или послушание?

В Москве оппозиционный лагерь на Чистых прудах стал новым событием в жизни России. Впервые оппозиционеры проводят бессрочную акцию протеста, ставшую своеобразным гражданским форумом. Московскую инициативу, получившую народную название “Оккупайабай” по имени поэта Абая Кунанбаева, возле каменной статуи которого образовался лагерь, подхватили и в регионах.

Впрочем, к новоявленному “Оккупайабаю” сразу накопилось множество вопросов. Настоящий гражданский форум подразумевает определение стратегии и тактики действий, формирование требований, обучение активистов. Пока мы же мы  наблюдаем лишь бесцельную концентрацию людей в отдельно взятом месте. С гитарами, с прибаутками, с белыми шариками, но без внятного наполнения.

Политический активист Константин Макаров опубликовал знаковое объявление с “Оккупайабая”.



Макаров делает справедливый вывод:

“ Хотите Революции? Изживайте из себя рабский вирус подчинения и покорности. Перво-наперво выкиньте этот омерзительный зоновский список запретов! Растяните над лагерем баннеры "С полицией не сотрудничаем!" и "Это наша земля!". Ну, еще о статье 31 Конституции неплохо бы напомнить. Иначе не видать вам Революции как своих ушей. Так и будете до самой смерти бродить по загонам.”

Так какую цель преследует стояние на Чистых прудах? Показать власти свою позицию? А какова эта позиция? Плакаты ведь не поднимать нельзя, лозунги не выкрикивать, не призывать ни к чему, что строгий “дядя милиционер” может счесть провокацией. Остается только немое неприятие власти. “Оккупайабай” показал, что просто находиться в парке с белой лентой на груди режим пока что не запрещает. Честно говоря, такой результат не впечатляет.

Как я уже писал, 6 мая, в ходе побоища на “Марше миллионов” была пройдена определенная точка невозврата. Натравив ОМОН на демонстрантов, режим проявил свой военно-полицейский оскал. В этой ситуации логичным поведением для оппозиционеров должна стать суровость и серьезность, вызванная осознанием репрессий, которые обрушатся в скорое время на участником “массовых беспорядков”.

Необходимо настоящее сопротивление режиму – радикальное, но не насильственное. Нужно открыто и честно назвать тех, кто дал отпор озверевшему ОМОНу у Каменного моста – героями, а тех, кто был безоружных людей – подонками. Требуются соответствующие лозунги. Среди удачных находок можно назвать появившийся 7 мая на Исаакиевской площади плакат с цитатой Бальмонта: “Кто начал царствовать ходынкой, что кончит, встав на эшафот”.


Главное – нужны соответствующие дела. Надо выяснить, наконец, были ли реально забитые до смерти ОМОНом 6 мая. Это принципиально важно. Если убитых все же не было (дай Бог!), то надо следить за судьбой серьезно пострадавших – составить хотя бы примерный список людей, получивших травмы.

А дальше – совершать поступки. Вполне применимы такие формы выражения гражданской позиции как сидячая забастовка (только не в парке, а где-нибудь перед Госдумой) или забастовка настоящая. А еще круче – взять и просто войти в какое-нибудь правительственное здание толпой в несколько сотен человек. Тогда и будет настоящая, а не карнавальная “оккупация”.

Однако мы наблюдаем обратное. Вместо логичной радикализации тех, кто привык ранее протестовал тихо – новое скоморошество на Чистых прудах. Вновь проявилось тусовочное беззубое хипстерство, а значит – растет водораздел между борцами и скоморохами, между теми, кто действительно сопротивляется Системе и теми, кто воспринимаем происходящее как комфортный хепенинг с трансляцией через твиттер.

В субботу я посетил мероприятие на Исаакиевской площади, аналогичное московскому “Оккупайабаю”. Меня интересовала, прежде всего, стратегия действия собравшихся. Из разноголосицы мнений удалось уловить примерно следующее: “Пока нас здесь мало, поэтому ничего не происходит, а когда будет много, тогда и начнется”.

Будем надеяться, что действительно “что-то начнется”. Мы, радикалы, будем способствовать этому. Только боюсь, что трусы и тряпки вновь назовут происходящее провокацией.