?

Log in

No account? Create an account

Журнал Андрея Песоцкого


Теперь и я в Ю-туб
pesotskiy
Долгое время я сторонился активного присутствия в Ю-тубе, больше нравилось писать, развиваться как публицист (при слове "блогер" рука тянется к пистолету), но всё же полностью устоять не удалось, и я открыл свой канал. Мельтешить и выпускать видео-мотыльки, живущие один день, не планируется, будет сделан упор на долгоиграющие материалы, которые не протухнут и через год, и через два. Пока что будет неспеша выходить в свет цикл роликов в духе "просто о сложном" - одновременно и доступных, и расставляющих важные акценты, слабо заметные ранее в всеобщем инфошуме.

Итак, это первый выпуск программы "На перекрёстке". Любовь к Родине - чувство глубоко личное, интимное, и каждый понимает её по-разному. Следуя патриотическим убеждениями, совершаются подвиги и преступления. Как же определить патриотизм человека? И в каком случае разговоры о защите Отечества свидетельсвуют о совсем другом? Кто в русской истории не смешивал верность стране и верность начальству? Поговорим об этом.

Донации не прошу, а вот подписка и распространение будут уместны.


О митингах и молодёжи
pesotskiy
Когда начинают много говорить об уличных выступлениях, неизменно раздаются голоса, твердящие, что молодежь нужно каким-то образом ограждать от митингов - мол, детки неразумные. Рано им. Государство старается подольше удерживать людей в незрелом возрасте - и в шестнадать, и в восемнадать, и в двадцать всё не созрели никак, бедняжки. Но ведь такие рассуждения - это насмешка над историей и прошлого века, и предыдущих веков тоже. Есть сотни опровергающих эти размышления примеров.

Возьмем, например, Джека Лондона. Американский писатель, чьи приключенческие романы имели большой успех и в нашей стране. Писал не мотивашки для лохов "Как разбудить в себе миллионера", а произведения про сильных, волевых людей - моряков, зотодобыдчиков искателей приключений. И сам жил также лихо как и герои, о которых писал. В шестнадцать лет купил шхуну для сбора устриц, собрал команду сорвиголов, став "устричным пиратом". Был матросом на корабле, ловившем котикок у берегов Японии. Был рабочим. Когда стал писателем и журналистом, работал по 12-15 часов в день. За сорок лет своей жизни написал несколько десятков книг. Пытался совершить кругосветное путшествие, был военным журналистом в Мексике. Был социалистом, но увлекался и Ницше.

Так вот, в 1894 году, в свои 18 лет, Джек Лондон принимал участие в походе безработных на Вашингтон ("Армия Кокси") - тот Марш протеста тоже разгоняли, причем силами настоящей армии. По итогам своей первой политической эпопеи был арестован за бродяжничество, после чего месяц просидел в тюрьме. Через год, в 19 лет вступил в Социалистическую трудовую партию Америки.

Стал бы писатель Джек тем, кем он стал, не получив этот опыт в молодые годы? Короче говоря, 18 лет - отличный возраст, когда можно участвовать в политической жизни, пусть и получать тумаки. Думать и действовать. На самом деле начинать вполне можно и раньше, а к 18-и уже созреть.

Так что когда студент посещает митинги - это абсолютно нормально. Весь двадцатый век студенты занимался чем-то таким, от Америки до Ирана. Уж точно лучше один раз сходить туда, где происходит уличный барагоз, чем месяц трещать в интернете. Причем это не значит, что нужно обязательно поддерживать либеральных вожаков. Как минимум, полезно самому разобраться, кто провокатор, а кто народный лидер. И потом по-прежнему поддерживать Соболь, чтобы не пришел песец, или встать на иную сторону, или переметнуться от креаклов к суровым небуржуазным ребятам, типа нацболов и Джека Лондона.

"Политика - это как ты живешь, а не как голосуешь." Твои взгляды чего-то стоят, если ты прожил их сам. Ну а рассуждения о том, что в XIX веке молодежь была правильная, и ей можно, а в XXI веке - поголовно тупая, и ей нельзя, это позорный скрип вставных протезов.


SaveGAZ: бунт на коленях
pesotskiy
Рабочие завода ГАЗ в Нижеем Новгороде и Ярославле записали два видео с рэпом против американских санкций, ставящих под угрозу работу этой принадлежащей Олегу Дерипаске компании. Юноши и девушки убеждают слушателей - "США, услышьте нас - Save GAZ! Save GAZ! Сохраним рабочий класс- Save GAZ! Save GAZ!". Более того, вчера, в американский день независимости работники ГАЗа вышли к посольству США в Москве, потребовав у дяди Сэма спасти их от грядущих увольнений.

Происходящее - дичь полная, и охарактеризовать ситуацию можно лишь как бунт на коленях. Представьте ситуацию: СССР, холодная война, очередное внешнеполитическое обострение, и тут трудящиеся собираются на акцию протеста перед логовом США под лозунгами "Буржуи, не сношайте нас - нам больно!". А ведь именно так и выглядит активность ГАЗовцев - рабочего класса, который мы заслужили. Добавляет сюра и то, что протестующие делают свое дело еще и с нотками антиамериканизма. "Мы в Детройт ваш не лезем, мы на ГАЗе нужны!" - читает паренёк в ролике.

Во-вторых, мы наблюдаем бунт на коленях по отношению к собственной власти. Предъявлять претензии к янки, полностью уводя из под прицела российских власть имущих, связанных с ГАЗом, это какие-то невероятное холопство. Понятно, что Дерипаска отменить санкции не в состоянии, но вот призывать олигарха вместе с работниками своей компании разделить её проблемы можно вполне: скажем, в случае задержки зарплат выплачивать долги из своего кошелька. Это ж международный бизнес, где все играют не по правилам - проиграл конкурентам, так выполняй обязательста перед теми, кого ты нанял, Олег Владимирович.

Но основные вопросы в ситуации с ГАЗом надо задавать Министерству промышленности и торговли, чей глава Денис Мантуров во время зарубежных поездок снимает на государственные деньги номера в отелях по 20 тыс. долларов за ночь. Именно перед ведомством Мантурова рабочие должны проводить митинги, требуя здоровую индустриальную политику в стране и создания эффективных рабочих мест для людей, занятых в промышленном производстве на предприятиях-гигантах, ведь государство любит подчеркивать, что крупнейшие советские заводы - народное достояние, а не способ извлечения барышей ловкими приватизаторами.

Проблемы ГАЗа и российского автопрома, в целом, очень тяжелые. Они значительно шире, чем история с американскими санкциями. Внутри России нет спроса на наши автомобили в тех объемах, в каких он был в СССР, создавая рабочие места сотням тысяч человек, страдает и качество того, что производят в Нижнем. Однако на то и государство, чтобы проблему решать и обеспечивать людей работой. Здесь нужно и углубление импортозамещения, и грамотная политика протекционизма, и серьезнейший прорыв в технологиях и качестве, и перевод избыточных производственных мощностей на другую продукцию.

Молодёжь, которая идет на заводы, заслуживает уважения, а техническая интеллигенция - это достояние страны, но в защиту самодеятельности под хэштегом #SaveGaz сказать нечего. Она ужасна и не заслуживает ничего, кроме глума. Скорее всего, люди, которые записали этот рэп, не смогли сказать всё, что хотели бы сказать, и, будь их воля, осыпали бы хорошими матюгами не только американцев, но что есть, то есть. Чудовищно.


Правые и левые - устаревшие понятия
pesotskiy
Некоторые важные мысли проговорены достаточно давно и много раз, однако иногда полезно освежать их для аудитории. Например, стоит еще раз завести разговор об ущербности американского и европейского деления на "правых" и "левых", которое в нашей стране в большей степени удается преодолеть, чем на Западе, что не может не радовать и вызывать определенное спокойствее за состояние умов сограждан.

Чем хорошо западные левые? Тем, что выступают против диктатуры транснациональных корпораций, за социальные гарантии для малоимщущих, двигают вперед профсоюзное движение, выступают за доступное для всех граждан образование и медицину. Однако в комплекте с этими благими начинаниями идет неизменная защита прав 69 гендеров, демонстрации под лозунгами "Беженцы, добро пожаловать!", нападки на семейные ценности и прочие перверсии.

Наверное, правые на Западе лучше, чем левые? С одной стороны, да. Они против мультикультурализма, за здоровые консерватизм, любовь к историческим корням и своей стране, за то, чтоб мужчины были мужественны, а женщины - женственны. Однако среди правых тут же обычно следует апологетика капитализма, подчас в самых крайних формах - непогрешимость "невидимой руки рынка", социального неравенства (например, в форме дорогого платного образования), причем забота об обездоленных со стороны государства признается происками "проклятых социалистов". Встречается и совсем экзотическая (для нашей страны) дурь - есть правые, выступающие за корпоративные армии или частные суды, то есть совсем уж откровенную и непрекрытую власть олигархов.

В этих условиях странно выглядит правый националист из страны Восточной Европы, ратующий за полную свободу для корпораций, когда в мировой капсистеме по пресловутым рыночным законам его стране отведена роль поставщика работниц борделей и продавцов в лондонских супермаркетах. Комичен и евро-левак, которому отцы-основатели его идеологии когда-то завещали бороться за права большинства, а вместо этого он куда охотней выступает за права всевозможных меньшинств.

Доходит до совсем курьезных ситуаций. Скажем, европейские правые используют в отношении леваков саркастическое обозначение SJW (Social Justice Warriors, борцы за социальную справедливость), высмеивая их толерастические замашки, хотя, вообще-то социальная справделивось - отнюдь не комичный термин, изначально имеющий сугубо положительное значение. По крайней мере, в России.

В нашей стране значительное число людей, наверное, даже большинство, в той или иной степени придерживается лево-консервативных взглядов (обычно даже не подозревая об этом термине), принимая здравые компоненты среди правых и левых, и отвергая болезненные, дурные. Левый консерватизм может проявляться по-разному: можно встретить поклонника СССР, посещающего православные службы или, наоборот, любителя Древней Руси (например, реконструктора), рассуждающего о важности артелей и профсоюзов, а также государственного планирования возрождения русской глубинки.

Европейская политическая мысль плохо принимает такие русские финты, рассматривая их как некие рудименты прошлого, незрелость гражданского общества, хотя на самом деле куда боле ущербным выглядит американский и европейский истеблишмент, негибкий и закостенелый. Соответственно, на Западе более интересны те, кто бросают вызов привычному порядку - например, "желтые жилеты", которые возникли как бы из неоткуда, поломав старые координаты, и тут уже нам уместно смотреть на них снизу вверх, как на людей, продемонстрировавших на начальном этапе невиданную для РФ протестную активность, до уровня которой нам, толковым, но пассивным, еще расти и расти.


"Донбасс. Окраина". Слишком много хороших людей
pesotskiy
12 июня вышел фильм “Донбасс. Окраина” режиссера Рената Давлетьярова, ставший первым полноценным художественным фильмом на эту тему, выпущенным официальной российской киноиндустрией. Показ ленты проходит в полупустых залах, не встречая почти никакой реакции “культурного сообщества”. Собственно, и подготовка этого фильма проходила как-то скрытно, без ажиотажа, что в наше время может сигнализировать как о высоком, так и о низком уровне кино.

Если говорить совсем кратко и не выдавать сюжетные перипетии, то “Донбасс. Окраина” – это о хороших людях на войне, которые волей случая оказываются в центре боев вокруг поселка Марьинка, в пригороде Донецке, находящегося меж двух воюющих сторон. Ополченец и боец украинской армии, киевские волонтеры и местные жители оказываются пленниками ситуации, из которой должны как-то выбираться.

Первая половина фильма – это фронтовая ваниль. В героях, которые еще днем ранее были врагами, пробуждаются светлые чувства – взаимовыручка, порядочность, смекалка. Те, кто, казалось бы, еще недавно готовы были растерзать друг друга, обнаруживают, что у них много общего, что на войне есть нормальные и сволочи, а не только живые мишени. По сути лейтмотив всего фильма - воюет один народ, разделенный обстоятельствами. Показано все это достаточно шаблонно и предсказуемо, от обилия хороших, правильных поступков теряется ощущения реальности. Настоящая война пробуждает не только высокие, но и низменные чувства – жестокость, глупость, паникерство, но в первой половине фильма их нет. Режиссер пытается добавить кровяки, однако даже показанные крупным планом обожженные трупы и рытье могил не создают ощущение апокалипсиса.

Где-то после экватора лента все же начинает развиваться угрожающе. Хорошие люди все же встречаются с плохими, да и среди протагонистов оказывается не так все однозначно. Происходящее захватывает ближе к финалу, в последние минут 15-20, что, увы, не спасает всю картину, после которой остается стойкое ощущения, что не дожали. Из сильных моментов можно выделить нетривиальную концовку, которая отсылает, ни много ни мало, к “Судьбе человека” Шолохова.

В целом, в фильме явно не хватает маленьких штрихов. Персонажи слишком ходульны, наблюдая за их действиями, почти всегда понятно, что будет в следующем кадре. Самое страшное, из того что я видел на тему “хорошие люди по обе стороны фронта” – это детские рисунки, найденные на поле боя у бойцов ВСУ. Украинские дети нарисовали своим отцам добрые картинки, исписанные словами “мир”, “папа”, “Украина”, а те держали их при себе во время сражения. Как можно догадаться, эти вояки в лучшем случае попали в плен. Вот от такого действительно мороз по коже, но столь тонкой работы в фильме нет.

Нельзя сказать, что лента совсем слаба. Она сделана с уважением к историческим событиям нашего недавнего прошлого, показана общая канва войны, позиции сторон. Видно, что с режиссером работали серьезные консультанты, глубоко погруженные в тему, и в отличие от нелепой ленты “Крым”, где слово “русский” встречается ноль раз, здесь есть и шевроны “Новороссия” в кадре, и умные диалоги, объясняющие, кто за что воюет. Фильм патриотичен, и желание его создателей показать мотивацию людей по обе стороны, объять и обнять всех, не превращается в толерантность, где нет добра и зла, а есть лишь набор точек зрения. “Донбасс. Окраина” может шокировать тех, кто вообще проспал жестокие бои 2014 года. Их этот фильм уверенно погрузит в тему. И пожалуй эту ленту было бы правильно показывать школьникам 8-9 класса, чтоб они получили представление о войне, которая до сих пор идет, и о настоящих героях, которые совсем рядом с нами (как бы специально для этого фильм выходит с маркировкой 12+).

Но все же всего этого мало. Конечно, нельзя суметь показать все в одном фильме, однако остается стойкое ощущения, что режиссер Давлетьяров не показал зрителям и половины бездны ада. Если снимать по-настоящему жуткое и правдивое кино о Донбассе, то кроме хороших людей по обе стороны фронта нужно показывать и плохих. И хапуг, наживающихся на войне, как местную мелкоту, так и крупных, вершащих дела охваченного огнем края вдали от непризнанных республик. И тех, из-за кого были устранены популярные народные командиры. И тех, кто палил из установок залпового огня по мирным кварталам. Невероятно драматичные сюжеты ждут режиссерской смелости (и тех, решится финансировать такое кино) – нужно показать делишки кураторов, предателей, наемников, мажоров-политтехнологов. Однако сценарий, где будут показана хотя бы часть этого, ждет нового Балабанова, и будет экранизирован он явно не скоро.


Не тушите свет. Интересный разговор о социализме.
pesotskiy
С интересом посмотрел дебаты Константина Семина и Ватоадмина (Василия Тополева) на тему «Социализм: ужас прошлого или будущее человечества?». Если прошлая дискуссия на площадке Светова, в ходе которой обсуждали кровавость большевиков, увлекла меня лишь минут на пятнадцать в силу банальности и избитости темы, но в этот раз я с интересом посветил просмотру не четверть часа, а полноценные два с половиной. Как минимум, в силу того, что серьезные собеседники обсуждали не прошлое, а будущее страны и мира.

Кто победил, каждый может решить сам, тем более, что в мире постправды большинство голосующих нажмет кнопки, так и не досмотрев до конца, а многие, будем честны, просто болеют за своих не глядя. Константин был более ярок с точки зрения риторики, сказывается многолетний опыт работы на ТВ, он хорошо заигрывал с молодой аудиторией, прочитав в начале рэп, а Ватоадмин сыпал статистическими данными и четкими логическими конструкциями, которых не хватало у Семина. Мне, русскому социалисту, было обидно, что Семин недостаточно убедительно защищал плановую экономику. Похоже, он почти не готовился и рассчитывал на свой привычный багаж аргументов и артистизм – в этих дебатах он, марксист, был куда большим идеалистом (“Маркс написал, а значит верую”), чем его оппонент и ближе к концу откровенно выдохся, и даже демонстративно пропустил ряд ударов (“да, мы, леваки, слабы теорией, да, вы, капиталисты, нас везде победили”).

Забавно было наблюдать, как оба спорщика ловили друг друга на ошибках. Константин действительно не прав, полагая, что предельный продукт и маржинальный продукт – это разные вещи, а Василий облажался, не назвав ни один российский профсоюз (можно было сходу вспомнить бюрократический ФНПР и наброситься на него).

Наблюдая за тем, как Константин недостаточно убедительно опровергал неэффективность чистого капитализма, хотелось бы сказать, что и капитализма-то в классическом виде с его пресловутой невидимой рукой, как его описывал Адам Смит, уже нет. Убивший Дракона, сам становится Драконом – побеждая СССР капстраны во-многом перенимали и адаптировали его наработки, переходя к смешанной экономике. Китай пошел вверх при Дэн Сяопине не потому что стал чисто капиталистическим, а потому что образовал некую гибридную модель, Южная Корея и другие “азиатские тигры” тоже добивались успеха не совсем по правилам свободного рынка, а путем жесткого протекционизма и запрета на вывоз капитала. Государственные расходы США, государства-лидера, за XX век увеличилась в три с половиной раза (рост с 10% до 35% совокупного производства). Собственно говоря, упомянутый на дебатах светоч либерализма и враг социализма фон Хайек в прошлом столетии вызывал большие споры, прежде всего, не в Советском Союзе, где до перестройки был почти никому не известен, а в самих капстранах, где с ним спорили сторонники расширения государственного участия.

Дискуссию о будущем социализма я бы построил с национал-большевистских позиций, обосновав, почему использование социалистического инструментария необходимо именно для выживания России в глобальном мире и достижения достойной жизни для ее граждан. России, которой не поможет ни “земшарный интернационал”, ни перспективы вхождения в “мировой клуб стран с либеральной экономикой”, в который нас не примут в силу многих геополитических причин.

Во-первых, надо помнить, что при капитализме на коне находится тот, у кого больше капитала. На данный момент основные финансовые ресурсы страны удерживаются в руках узкой группы власть имущих – прослойки компрадоров, относящихся к стране как мародеры (“низкое качество элит” – такой тезис справедливо прозвучал на дебатах). Людей, не заинтересованных в развитии России, чье обогащение началось в период преступно проведенной приватизации 90-х. Соответственно, выгодоприобретателями любых изменений в экономике России неизменно будут одни и те же люди. Любые волшебные рыночные реформы при сохранении капиталов в руках мародеров (а чистые рыночники отрицают, что можно у них “отнять и поделить”) неизменно приведут к тому, что лидирующие позиции в бизнесе займут все те же знакомые персоны – они просто всё скупят и быстро установят контроль над “свободным парламентом прекрасной России будущего”. Соответственно, исправить ситуацию можно лишь выработав механизмы перераспределения ресурсов в пользу большинства, а это уже движение к социализму, пусть и эмпирически достигаемое, не по теории.

Во-вторых, капитализм начала двадцать первого века – не тот, что был в веке восемнадцатом. Фарш истории не провернуть назад. Мировой капитал давно укрупнился и сконцентрировался в руках узкого слоя элитариев. Здесь ситуация напоминает российскую, только уже в мировом масштабе. Финансовые возможности крупнейших транснациональных корпораций, сросшихся с банками и правительствами, столь велики, что биться на ринге по их правилам – заведомо проигрышный путь, не та весовая категория. Россия не является серьезным игроком на глобальном рынке капитала (активы Industrial and Commercial Bank of China (ICBC) – 4000 миллиардов долларов, и банков такого уровня в Китае несколько, у нас же один “Сбербанк” и его 470 миллиардов долларов, в десять раз меньше). По законам рынка наши "финансы поют романсы" - при свободном движении капитала, проникновении его сквозь границы, российские предприятия заведомо проиграют мировым лидерам, а значит лишь закрепится сырьевой характер экономики РФ. В этой ситуации лучше запихнуть книжки фон Хайека в шредер (предварительно прочитав для общего развития). А после остается использовать госплан для развития экономики России, не исключающего и полезную часть рыночных механизмов.

В-третьих, частный бизнес сам по себе не способен обеспечить сбалансированное развитие всей территории России и единство русского народа. Капиталу не выгодно поднимать глубинку – нет никаких сугубо экономических предпосылок для того, чтобы значительные и качественные инвестиции пошли в Иваново, в Воркуту, в Читу и далее. В регионах, где построены эти города, дорогая логистика (проще говоря, плохие дороги и большие расстояния), тяжелый климат, плюс население, которое хочет работать не за миску риса как китайцы в начале 90-х, а получать как в Евросоюзе. Перевод экономики России на чисто рыночные рельсы – это расширение пропасти между несколькими богатыми регионами (Москва, СПб, ЯНАО, ХМАО) и остальной страной. Пропасти, которая начала появляться в виду отсутствия планирования хозяйственной деятельности страны. Бездны, которая, кстати, будет особенно быстро разрастаться при триумфе анархо-капиталистический, либертарианских утопий. В мировой рынок РФ проще входить по кусочкам, поэтому форсирование сугубо рыночных реформ будет способствовать ее распаду (как минимум экономическому, если не юридическому), альтернативой которому может быть опять же лишь централизованное управление модернизацией России, отнюдь не отрицающее и низовую, народную самоорганизацию. Излишне говорить, что новый госплан предполагает смену элит и переформатирование государства, это тезисы не для путинской России.

В целом, дебаты на SVTV можно рекомендовать к просмотру как далеко не самый глупый разговор о будущем, хотя, на мой взгляд, все же не достаточно содержательный. Интересен обмен мнениями, не зацикленный на обсуждении привычных хайповых хомячьих тем. Светову, который два часа угорал и упивался происходящим, удается качественно организовать честный и насыщенный поединок, несмотря на дефективность его идеологии.


О Венесуэле
pesotskiy
Самые сильные чувства, которые побуждают людей к протестам и бунту - это жажда гражданских свобод, справедливость и национальная гордость. Немаловажно, что ценность свободы имеет вес, лишь когда смешана вместе с двумя другими составляющими (свобода - вообще весьма абстрактное понятие, даже Гитлер обещал "свободу для арийцев"). Собственно говоря, демонтаж советских режимов в странах Восточной Европы произошел, потому что немцов, поляков и прочих удалось на тот момент убедить, что СССР - это оккупанты, а собственные власти - номенклатурщики, ставленники Москвы и воры, которые жирут, удерживая народ в бедности и бесправии.

В дальнейшем произошел определенный откат во взглядах многих восточноевропейцев - не случайно в Германии фиксируют проявления "остальгии", в Венгрии побеждает Орбан, в Румынии судят палачей Чаушеску (хотя это немного другая история).

Но речь о Венесуэле. Перед ней стоит более сложный выбор, чем стоял перед Восточной Европой, которую рискнем рассматривать как аналогичную среду, поскольку венесуэльцы все же ближе к европейцам, чем к ливийцам и сирийцам с их племенными и религиозными разборками. Для тех людей, кто устраивал на рубеже 90-х антиноменклатурные выступления в своих странах, ценным было движение одновременно за свободу, справедливость и за нацию (оставим за скобками вопрос, верно ли они понимали эти понятия), а вот в Каракасе противники Мадуро вроде как выступают за гражданскую свободу, но против собственной национальной гордости. В Восточной Европе свободолюбие и национализм складывались, и режим после прекращения внешней поддержки из Москвы рушился. Здесь две эти силы приходится вычитать друг из друга, и закономерности не получается.

Гуайдо выглядит как непрекрытая марионетка США, причем он даже не пытается играть в независимость. Наоборот, самозванец открыто выставляет себя как вассал Запада, демонстративно выпячивая связь с Вашингтоном, чуть ли не напрямую рассуждая о "танках НАТО, идущих на Каракас", как о гуманитарной миссии. По сути противники Мадуро используют "риторику Бабченко" , где освобождение вдруг оказывается синонимом оккупации.

Поэтому многие венесуэльцы поддерживают Мадуро из чувств национальной гордости. Конечно, никому не нравится жить при президенте, во время правления которого зарплату выдают туалетной бумагой, однако Штаты уж слишком открыто хотят установить свой контроль над страной и раздавить итоги "боливарианской революции" Чавеса, бывшей предметом гордости десятков миллионов латиноамериканцев, своеобразным национальным брендом.

С социальной справедливостью (еще одной составляющей успешного переворота) тоже все очень неоднозначно. Не стоит забывать и о сильном расслоении в Венесуэле, в которой по сути живут два народа (аналогии с элоями и морлоками здесь хорошо ложатся). За Гуайдо стоят элои - жители богатых кварталов Каракаса: белые воротнички, местные хипстеры, офисный планктон. А за Мадуро - морлоки, беднота, которой представляется, что при смене режима на менее левый они останутся столь же бедными, но при этом окажутся вышвырнутыми из политики.


Рынок против русских?
pesotskiy
Уже не раз поднимался вопрос о "правых нищебродах" - сторонниках либертарианства и фанатиках "невидимой руки рынка", которые в реальности представляют собой типажи, не имеющие ничего общего со своими идеалами: вместо молодых бойких бизнесменов, владеющих собственностью, куда чаще попадаются бедные провинциальные ребятишки, без лишнего гроша в кармане. К тому же подверженные "стокгольмскому синдрому", потому что именно при ультра-капитализме той глубинке, откуда они родом, грозит вымирание.

Логично смотрится, когда рыночником себя считает сын главы корпорации, перековавшего себя из КГБшников в бизнесмены, или Юрий Дудь или московский креакл, но когда от гайдаровских форумов и чтений Адама Смита тащится паренек из моногорода без перспектив найти нормальную работу, то это несколько комично. >
Казус в том, что мировой капсистеме Россия с ее нынешней историей и географией просто не нужна. Не выгодна. В глобальную рыночную экономику на сносных позициях может вписаться Москва, может Питер, может Новый Уренгой, где много нефти, а вот Ивановская область или Смоленщина - нет.

При усугублении рыночных отношений становится понятно, что миллионов так 120, проживающих в РФ, это просто лишние люди, человеческий баласт. Никакие инвестиции, хоть создавай кристально честный и частный суд, не хлынут сами по себе в депрессивные субъекты РФ. По десятку причин: плохой климат, скверные дороги, удаленные рынки сбыта, местное население, почему-то считающее, что должно получать зарплату как в Европе, а не как в Узбекистане. Капиталу не рентабельно поднимать Сибирь или Дальний Восток - заводы-то дешевле строить в Африке.

Если государство будет отовсюду уходить, не вмешиваться в экономику, как жаждут анкапы, то и территория страны будет трещать. Родина будет все больше распадаться на регионы с абсолютно разным уровнем развития и вектором экономической политики, начнет раскалываться и русская нация. Получается, что очередной доброхот, начитавшийся Айн Рэнд - вольный или невольный враг русских, потому что и русские как единый народ станут фантомом, архаичным пережитком: в Кёниге будут засматриваться на Польшу, во Владике - на Японию, в Питере - на Финляндию, ну а процентов 80 субъектов РФ будут подыхать, не заглядываясь ни на кого.

Альтернативой такому сценарию может быть только государственное планирование развития страны. Ратовать надо не за то, чтобы "государство уходило", а за то, чтобы оно было нашим и взвалило на себя приведение страны в порядок. Причем придется бить по "невидимой руке", вкладываться в те уголки Родины, которые с точки зрения отношения прибыли к издержкам абсолютно беспробудны - приучать себя к тому, что люди важнее денег.

Братушка-ЦРУшник
pesotskiy


В Ливии фельмаршал Халифа Хафтар начал наступление на Триполи. В российских СМИ этот персонаж обычно подается как "командующий ливийской армией", поэтому вряд ли всем телезрителям понятно, как это главком может пойти войной на столицу своей собственной страны. На самом деле, конечно, Хафтар - никакой не главком армии государства, а региональный варлорд, контролирующий часть ливийской территории.

Собственно, благодаря НАТО и поддерживаемым ими бабуинам, свергнувшим Каддафи,  такой страны, как Ливия больше нет. Территория страны делится между различными племенами и группировками, отлично чувствует себя в ливийских песках и запрещенный ИГИЛ. Триполи контролируется признанным ООН​ правительством национального единства (ПНЕ) во главе с премьером Фаизом Сараджем - это такие рядящиеся в демократов исламисты, на которых часто ставит Запад. Вот на Сараджа и двинулся Хафтар.

Халифа Хафтар нынче у нас зачисляется в негласные союзники РФ, так как ему, походу,  и Минообороны оружие поставляет, и даже вроде как пригожинские ЧВК работают на его группировку.

Биография престарелого Хафтара интересна: будучи 26-летним кадетом, Халифа Хафтар участвовал в устроенном Муаммаром Каддафи перевороте, свергнувшем монархию, и в конце концов стал одним из высших офицеров и главных приближенных лидера Ливии. Был командующим войсками Джамахирии во время войны Ливии с Чадом в 1987 году, которую Каддафи проиграл, причем Хафтар, умудрившись нарушить приказ вождя, попал к чадовцам в плен.

Когда Хафтар был в плену, Муаммар от него отрекся, зато устроил в Чаде переворот. Неудавшего полководца спасли ЦРУшники, которые вывезли его в США, чтоб тот потрудился на ниве борьбы с Джамахирией. С тех пор Хавтар работал на Америку, где и проживал до последнего времени. Если проводить грубые аналогии с современными событиями, то Каддафи - это условный Чавес и Мадуро, а Хавтар - условный Гуайдо.

Мы, конечно, не имеет того опыта, который есть у генерала Бортникова и генерала Шойгу, но чуйка подсказывает, что ЦРУшников как и КГБшников бывших не бывает. В связи с этим выглядит дико, что "ливийского Гуайдо" со всеми почестями принимают в Москве, сажают за стол переговоров с высокими генералами и инфернальным Пригожиным, очевидно, планируя с ним нечто секретное. Как-то трэшовато смотрится, когда с бывалым америкоским агентом общаются без посредников и прокладок, а напрямую. Вот такая нацбезопасность! Какова гарантия, что записи этих переговоров не ложатся напрямую на стол высоких начальников в Лэнгли?

Будем наблюдать, чем закончится поход на Триполи, организованный Хафтаром, явно старающим манией величия: Каддафи в свое время назначил себя всего лишь полковником, а наш персонаж ныне - целым фельдмаршалом. Ну и последний штрих: судя по различным фото Хафтар делает ставку на "Тойоты" с приваренными крупнокалиберными пулеметами, хоть именно на них чадовцы громили ливийцев (тогда даже термин такой возник - "Война Тойот") - зачарованный пленник перенял тактику тех, кто его победил и пленил.



Закатившаяся "Звезда"
pesotskiy


Литературный журнал "Звезда" на грани закрытия. Денег нет. Минкульт ещё в 2014 году сократило субсидии местным библиотекам на комплектование фондов: сумма упала с 350 до 40 миллионов рублей. В результате книгохранилища не могут подписаться на толстые журналы - в эпоху кликбейта это более никому не нужно, читатель испарился.

Да-да, это та самая знаменитая "Звезда", старейший петербургский литературный журнал, выходивший в блокаду, где печатались, среди прочих, Ахматова и Зощенко, которых травил товарищ Жданов (заметим, никого из них не расстрэлял). Советские очкарики очень возмущались в оттепель и перестройку - держиморда, плебей, интеллигенцию изводил! Ну а если завтра "Звезду" закроют как банкрота, то новость провисит денек в питерском топе Яндекса, после чего благополучно забудется. Всем пофиг. Девять десятых людей младше сорока даже не поймет, о чем шла речь.

Полудиссидентская среда с ее "фигами в кармане", завсегдатаи переделкинских дач, да и люди попроще, очень любила разоблачать советских хамов и шариковых (впрочем, они и их потомки заняты этим и сейчас), однако ее проблемы были интересны лишь в стране, которую она сначала тайно, а потом явно презирала.

Мало кто из "культурной элиты" ценил тогда государство, привившее десяткам миллионов любовь к обстоятельному чтению (начиная с русской классики, которую в XIX веке знали лишь аристократы и немногочисленные разночинцы). Социум, где граждане умели регулярно читать по 50 страниц художественного текста в день, гордились заполненными книжными полками, правильно расставляли тире и двоеточия, могли описать этические проблемы взаимоотношений Обломова и Штольца, Луки и Сатина.

Отнюдь не все, конечно, было хорошо и правильно. Висел "железный занавес". Остается только додумывать, что было бы, если б государство вовремя расконсервировало доступ к зарубежной литературе XX века, которую советский человек в значительной степени проспал - как жадно люди, привыкшие много и вдумчиво читать, стали бы постигать Генри Миллера и Лавкрафта. Или, наоборот, именно ограниченность чтива подогервала тягу к познанию?

Но вернемся к журналу. В последнем полнокровном году существования СССР (1990-м) "Звезда" выходила тиражом в 344 тыс., в 2015-м, свободном от большевистcкой тирании, - 2 тыс. Времена, где дерзости, которые позволял поэт или писатель перед вождем, были в центре дискуссий, где новые стихи читали и заучивали миллионы, ушли и не вернулись.

Литературное слово в наши дни не обладает и несколькими процентами той силы, которая была у него в советский период. Нет привычки много читать, но нет и времени. На последних этапах красного проекта люди, наконец, смогли меньше работать и как в некоторые периоды античности больше предаваться праздности - кто вакханалиям, а кто культурному росту. Нынче же каждому второму просто не до книжек, даже если хочется - арбайтен, арбайтен, часов так по десять...