Журнал Андрея Песоцкого


Никто не хочет больше становиться знаменем
pesotskiy
объяснишь нынче, что песни “Убей янки” и “Тем, кто любит Вавилон” – это не про радиоактивный пепел, а про православный вудсток и вечный автостоп на русских дорогах, на которых увешанные коловратами хиппи будут искать свое Беловодье.

Между тем, Непомнящий – яркий представитель поколения “Лимонки” (газета такая была – но опять же, рассказать об этом школьнику, слушающему Фейса, затруднительно), которое кого только не затронуло. Скажем, на главном баттле прошлого года смахнулись два рэпера, в творчестве которых не обошлось без ранне-нацбольского влияния: тот же Гнойный поет про “запрещенный хайп из НБП” и вставляет в трэки спичи Бенеса Айо, а Окси признается в интервью, что все детство фанател от Дугина, Сантима и Арктогеи.

Тем не менее, раскодировать эти культурные послания уже очень сложно, поколения меняются стремительно, а главное – исчезает контркультура как явление и хотя бы минимальный протестный пафос, присущий панк- и рок-революционерам 90-х и начала “нулевых”. Сегодня “бунт” в музыке распадается на глумливые панчи, где все не всерьез, и повышает ценник. Во времена Летова и Непомнящего в рокере было важно “не продаться”, панки спорили до изжоги, кто искренний, а кто попсовик, нынешние же Славы КПСС продаются с предельным цинизмом и охотой, а главное – гордятся этим на радость фанатам.

Эстетика квартирников и замухрыжных прокуренных клубов с туалетным саундом, где закручивалось ранее контркультура, выживает лишь как ретро-дискотека. Что важно - испарилась некая борьба пьяных бунтарей с Системой, чтобы под этим выражением ни понималось. Никто не хочет больше становиться знаменем. Патетический “Коловрат” ушел, пришел Саша Скул и “Бухенвальд флава”.


Уймись, султан!
pesotskiy
Турция атаковала подконтрольную курдам провинцию Африн. В одной большой сирийской горячей точке возникла еще одна маленькая. В дипломатическом хаосе, когда тот же Эрдоган по щелчку тумблера “превращается” из марионетки США в геополитического братушку, не так просто разобраться, где свой, а где чужие, однако в рамках текущей военной операции Анкары сочувствия достоин, безусловно, Курдистан. Остановимся на нескольких причинам, почему следует уважать курдов.

Во-первых, курды - несчастный народ, разрезанный границами четырех суровых государств (Турция, Сирия, Ирак, Иран), подвергаемый притеснениям, вплоть до актов геноцида. Курды сражаются десятилетиями  за свои права, и эта якобы старомодная приверженность своим корням и земле дорогого стоит в период глобализации. Жизнь этого народа – это боль, слезы, героизм, самопожертвование на протяжении серьезного отрезка времени. Если исходить из того, что лишь та свобода имеет подлинную ценность, что оплачена кровью, то непризнанный Курдистан является одним из самых легитимных государств на планете.

Во-вторых, на всех территориях, подконтрольных курдам, устанавливаются светские порядки, где есть место не только суннитам, но и христианам, атеистам, алавитам и так далее. Дают жить разным народам, не притесняют по религиозному признаку, не насаждают средневековье, не заставляют женщин носить хиджаб – это уже хорошо, и дорогого стоит в нынешнем арабском мире. Курды – не террористы, они воюют с комбатантами, а не с мирными жителями, они не замечены в этнических чистках.

В-третьих, курды проводят интересные левые эксперименты по созданию общества нового типа – с народным самоуправлением,  коллективными формами собственности,  прямой демократией то ли с “калашами”, то ли уже с М-16. Понятно, что значение идей Оджалана и Кропоткина для выживания курдского народа куда ниже, чем роль американского оружия и штатовских инструкторов, племенных вождей и нефтебаксов, но для истории важно, чтобы устояла советская власть в Рожаве. Кстати, на лицо исторический казус: впервые янки поддерживают классических левацких повстанцев-герильерос.

Напротив, враг курдов, Эрдоган, не вызывает никаких симпатий. Коварный османский интриган, заигрывающий с исламистами, не раз ударявший России в спину. К тому же его режим в Турции – это своеобразная реинкарнация султаната, и это полноценная диктатура, подавляющая инакомыслие. Цифры по чисткам, организованным “Реджепом Первым” в своей стране, говорят сами за себя: 50 тыс. арестованных, 110 тыс. уволенных с госслужбы или лишенных воинских званий, 160 отправленных в тюрьмы журналистов, 130 закрытых СМИ и так далее.

Уймись, султан, отзови от Африна своих янычаров.

(на фото - ополченцы Африна, готовящиеся встречать турецкое наступление)



Мой канал в Telegram - t.me/apesotskiy

Никто не даст вам избавленья
pesotskiy
В прошлом году несравненным мастером по заполнению  виртуального пространства своей персоной был господин Навальный, но в этом году у него появился неожиданный конкурент – товарищ Грудинин, о котором сегодня и пойдет речь. Основные вопросы дискуссии вокруг этого кандидата заключаются в том, каким образом владелец успешного крупного бизнеса может выдвигаться от партии, называющейся коммунистической, и как к этому следует относиться. Попробуем разобраться, цинично и беспристрастно, жалеть никого не будем.

Для начала следует в очередной раз обрисовать политическую систему в РФ. У нас в стране есть две политические силы, к которым применимы обе составляющих этого термина (и “политическая”, и “сила”) – власть и несистемные либералы. Две эти силы  обладают такими компонентами как известные в стране лидеры, значительные медийные и финансовые ресурсы, поддержка определенной части олигархической элиты, образ будущего страны, наличие устойчивого круга сторонников (“ядерный электорат”). Конечно, здесь много нюансов – скажем, устойчивый круг сторонников несистемных либералов (второй силы) несравнимо меньше, чем у власти (первой силы), но он более организован, а у власти проблемы с образом будущего – он более четко прослеживается у либералов, хотя и видится большинству жителей страны непривлекательным. Но, так или иначе, именно эти две силы полноценно представлены на российской политической арене, третья сила, отличная от первых двух, пока полноценно не оформилась.

В свою очередь власть (первая сила) распадается на несколько фракций – можно выделить представителей группы siloviki, РПЦ, консервативно-монархическую группировку (царебожники), системных либералов (в случае майдана, вероятность которого сегодня в рамках статистической погрешености, они сомкнутся с несистемными – второй силой), некоторые этнические кланы. Фракции, во-первых, достаточно условны и отчасти перетекают друг в друга, во-вторых, распадаются на более мелкие сообщества, объединенные семейными и деловыми связями. Фракции и сообщества могут в определенных пределах конфликтовать друг с другом, но есть очевидные всем правила игры: публичная поддержка личности Владимира Путина (обычно абсолютная, не критичная), а также его внешнеполитического курса (Крым наш, минские соглашения, никакой Новороссии), согласование всех заметных политических шагов с администрацией президента (АП), незыблемость итогов приватизации.

Одна и фракций власти (не очень влиятельная), соблюдающая все описанные выше правила игры – это КПРФ, имеющая вполне ощутимые гешефты от государства в виде бюджетного финансирования за счет налогоплательщиков (около 1,5 миллиарда рублей в год), депутатских зарплат и прочих привилегий. Слово “коммунистическая” в названии партии Зюганова – не более чем ретро, ностальгия, по факту это социал-патриотическая организация консервативного толка (данная идеология более популярна, чем догматичный, не адаптированный к реальности марксизм-ленинизм, поэтому, как ни парадоксально,  электорально КПРФ скорее выигрывает от такого позиционирования). Соответственно, кандидат в президенты России Павел Николаевич Грудинин полностью укладывается в сформированную схему, для элиты он понятен и предсказуем – не “буйный”, прагматик, способный социально ориентированный предприниматель. Откровенно говоря, в рамках того окна возможностей, которое есть у Компартии, это хороший выбор – альтернативой “красному директору” мог быть партийный аппаратчик, лишенный какого-либо опыта, кроме построения карьеры внутри своей партии (к этому типу относится и сам Зюганов).

Я – не совсем левый, мои взгляды шире, поэтому и ситуация лучше видится с дистанции: не понимаю, почему люди удивляются тому, что в избирательные бюллетени от коммунистов попал именно такой кандидат как Грудинин. А кто еще мог быть на его месте - простой рабочий? Эта версия самая фантастическая – рабочего движения в России нет, профсоюзы являются не субъектом, а объектом воздействия. Каким образом рабочие сегодня могут надавить на АП или хотя бы на Зюганова, чтобы честный пролетарий оказался в избирательном списке? Да никаким, пока в стране нет ни одной всероссийской профсоюзной стачки.

Второй вариант, который озвучивается критиками Грудинина в левом движении, - на выборы должен был идти некий бойкий протестный красный кандидат - если не обычный рабочий, но все же не капиталист, странно выглядящий под коммунистической вывеской. Проблема в данном случае такая же – стихийные сторонники этого развития событий никакой политической силой не являются, а чтобы продавить такое решение, навязать себя власти, нужно такой силой быть.

“Никто не даст нам избавленья: ни бог, ни царь и не герой” – пелось в одной известной песне, но ведь опять кругом ищут спущенного сверху героя вместо того, чтобы самому хоть немного попытаться им стать. Обитатели соцсетей с советскими флагами на аватарках, набрасывающиеся на Грудинина, должны спросить и себя, а что они лично сделали за последние годы для продвижения независимых оппозиционных политиков левого толка. Ходили ли на марш “Антикапитализм”, посещали акции движения “Отобрать и поделить”? Носили ли дачки задержанным после митингов? Поднимали профсоюз на забастовку? Помогали ли финансово непарламентским левым организациям, вкладывали ли в их развитие хоть немного личного времени, связей, профессиональных возможностей (большевики, кстати, мастерски умели находить деньги у непролетарских сил)? Стали ли они сами новыми лицами народного сопротивления? Если нет, то и роптать на клубничного магната не стоит.

Все решено без нас, господа-товарищи. 18 марта не будет никакой борьбы, судьба России на выборах давно уже не решается, что все более понимает наш народ, голосуя ногами – просто игнорируя этот фарс. Ну а Павел Николаевич сыграет свою роль, улыбнется в усы на прощанье, и отправится на свои грядки.



Мой канал в Telegram – t.me/apesotskiy


"Я хотел бы погибнуть как Чаушеску"
pesotskiy

Сегодня - годовщина расстрела румынского лидера Николае Чаушеску. Никогда не был его поклонником, поскольку обкомычи способны профанировать любую идею, но все же в драме 1989 года революционером можно назвать именно его, а не свергнувших "диктатора" бабуинов, благодаря которым жители Румынии получили уникальную возможность работать посудомойками в британских кафе и подносить утки респектабельным швейцарским пенсионерам.

Одна из черт настоящего революционера - способность действовать в меньшинстве во враждебном окружении, несмотря ни на что утверждая свою волю, и у юного Николае такой опыт был. Сын сапожника, третий ребенок из десяти детей в семье, Чаушеску вступил в 15 лет в комсомол, вскоре был арестован - с подростковых лет (юные навальнята, сбегающие с уроков на митинги, на его фоне не впечатляют) провел многие годы в тюрьмах, в том числе, был осужден на 2 года каторжных работ. Надо отметить, что румынский комсомол в 30-е год был совсем малочисленным - в нем едва насчитывалось несколько сотен плывущих против течения молодых людей - сверстники гораздо охотней шли в "Железную гвардию" Кодряну и другие правые организации.

В 1936 году, в 18 лет, товарищ Чаушеску вступил в уже взрослую Компартию, в этом же году арестован на 3,5 года, позже отправлен в лагеря, из которых освободился лишь в 1944 году. Короче говоря, "Дунай мысли" был серьезной, фундаментальной фигурой, лишь ближе к своему финалу полюбившей лесть, спецслужбы и кумовство, в отличие от свергнувших его временщиков, бывших просто переобувшейся из коммунистов в либералы мелюзгой.

Характерно, что после скоротечного суда (за три часа) и расстрела "последнего диктатора Европы", как его называли и в США, и в уже рвущемся в пропасть СССР (которому он многие годы фрондировал с национал-коммунистических позиций), когда еще никакого Лукашенко, позже унаследовавшего этот титул, знать не знали, бабуины так и не смогли обнаружить доказательств проводимого им и его женой "геноцида румынского народа" - бунтовщики не нашли секретных тюрем "Секуриате", которыми они пугали население. Еще часто рассказывают о тотальной слежке за населением "при коммунистической диктатуре" в Румынии, однако по сравнению с законом Яровой или проделками ФБР эта активность сродни работе первых программистов с перфокартами и компами, размером в спортивный зал.

На запрос "Жертвы режима Чаушеску" Google стыдливо помалкивает - эту историю в Румынии быстро замяли. В качество доказательства кровавости режима приводят лишь подающиеся ангажировано беспорядки в Тимишоаре и Бухаресте, непосредственно предшествующие падению и расстрелу Чаушеску, однако оценить реальное количество невинных жертв тех событий крайне сложно, особенно учитывая тот факт, что борцы с коммунизмом, на стороне которых выступила армия, сами тут же взялись за оружие и принялись расправляться со сторонниками режима.

Спустя двадцать лет с "румынской революции", в 2009 г., парламент этой страны проводил расследование, чтобы выяснить масштабы обогащения Чаушеску, и здесь вновь случился облом - не нашли ни заграничных счетов, ни расхищения бюджета на личные нужды: вождь был весьма аскетичен - тщательно инвентаризировал имущество в своей резиденции, чтобы отделить личную собственность от государственной.

По данным опроса, проведенного Румынским институтом по оценке и стратегии (IRES) в апреле 2014 года, 66% румын были бы готовы проголосовать за Чаушеску на президентских выборах (для сравнения: за считавшегося тогда фаворитом президентских выборов действующего премьера Виктора Понту были готовы голосовать 31% респондентов, а действующего президента Траяна Бэсеску поддерживали не более 10%). Согласно тому же исследованию, 69% граждан Румынии считают, что живут хуже, чем до 1989 года.
Трэк к этой записи - группа Он Юн, песня "Больше нет", именно ее сегодня стоит слушать, вспомнив непокорного карпатского вождя, отказавшегося принять горбачевскую перестройку.


Локомотив и дрезина
pesotskiy
"Левада-центр" выдает свежие данные - 64% опрошенных, исторический максимум, уверены в особом пути русского народа против 12% в 1992 году, когда большинство считало, что рельсы железной дороги на востоке обрываются где-то в направлении от Москвы к Нижнему - а есть лишь пути на Запад, куда нам так надо, вслед за блестящими иностранными локомотивами, хоть на задрипанной дрезине. Сегодня утром на "Эхе Петербурга" продублировали опрос - за дрезину, на которой поросенок Петр свалит из "Рашки", наоборот, проголосовало 94% (за особый путь - 6%).

Всё это весьма показательно. Все мы знаем, на каких платформах скапливаются любители порассуждать, что кругом безнадега и тлен, имперские фантомные боли, кровавый Берия и маньяк Малюта, никак не изжитое вековечное рабство и репрессии, за которые нужно каяться, лоб себе расшибив в поклонах, лишь бы, наконец, в приличные люди выбиться, примерить европейский сюртук.

Помнится, попал в 2007-м, кажется, году на встречу с Гарри Каспаровым. Гроссмейстер еще не успел превратиться в закоренелую демшизу и выдавал сносную аналитику, однако очень его коробило от термина "суверенная демократия", предложенного Сурковым. Мне это запомнилось - прямо таки закипал оратор.

- Не может быть у России никакой своей особой демократии, она для всех одинаковая!, - распылялся Гарри Кимович, речь его становилась быстрой и сбивчивой.

Интересно, как восприняли бы Гарри Кимовича в Израиле, если бы он стал рассказывать публике, что нет в Тель-Авиве никаких "особых путей", что евреи - народ абсолютно обычный, ничем не примечательный, к тому же слегка дефективный - веками, дескать, не мог свое государство основать, к тому же в лагеря шел безропотно, потворствовал властям, не созрев для демократии.

Ну или хотя бы представим эту сцену в небольшой восьмимиллионной Швейцарии, где каждый кантон из нескольких десятков деревень доказывает, что он уникален, не говоря уж о том, сколько сил германоговорящие швейцарцы, ценящие горную свободу, потратили на то, чтобы дистанцироваться от всех замешанных на орднунге германский Рейхов.

Народам свойственно считать себя великими, необычными, выдающимися - а русским особенно. И это нормально, даже здорово - аномально обратное поведение, отрицание национальной инаковости.

Российская власть давно стало умнее каспаровых, поэтому использует патриотизм в своих целях, хотя наверху желающих стать машинистом мчащейся на Запад ржавой дрезины или, так даже лучше, прицепного вагона-ресторана, забитого золотом, куда больше, чем тех, кто хочет прокладывать сквозь тайгу свою скоростную магистраль.


ЕГЭ: порицать, нельзя отменить
pesotskiy


Константин Семин выпустил третью часть фильма "Последний звонок". Скажу и я пару слов, как человек, видящий ситуацию изнутри. Придется немного плюнуть против ветра, высказав непопулярное мнение - а оно таково, что альтернативы ЕГЭ при нынешней системе государственного устройства нет. Прежде, чем начинать гневаться, вчитаемся внимательно в каждое слово, не упустив оборот "при нынешней системе государственного устройства".

Так вот, ЕГЭ – это ровным счетом то образование, которое мы заслужили в нынешней России. Такова печальная правда. И если начать рассуждение о базисе и надстройке, но Единый экзамен – не более, чем настройка сырьевого олигархического капитализма, утвердившегося с 91-го года. С этим тезисом вряд ли поспорят противники ЕГЭ, но тут следует ставить вопрос шире и глубже, после А говоря Б – никакой иной системы просто не могло получиться в нынешней России, а советская система среднего и высшего образования, существовавшая 90-е годы и в начале “нулевых”, не жизнеспособна в условиях коррупции и эрозии общественных институтов. Ностальгией по старой школе, увы, не спасти ситуации – она умирает, это факт. И ЕГЭ  хоть как-то цементирует ее остатки, предотвращая дальнейшее сползание в хаос, вызванное несоответствием того, что было, тому, что есть.

Альтернатива ЕГЭ - это классическое образование, теоретически идущее от академии Платона, когда человек воспитывается как цельная личность, как всесторонне развитый представитель людской общности, при этом персона учителя обладает высоким статусом – учитель выступает представителем элиты, обладая интеллектом и высокими этическими нормами.

Соответственно, такая школа имеет смысл, когда существует на нее запрос, формируемый либо обществом, либо государством. И в царской и в советской России данный запрос так или  иначе формировался – изначально через хождение в народ, через вырастание сотен тысяч молодых разночинцев, видящих свою моральную миссию в просвещении, через серьезный запрос на обучение, когда небогатые семьи отдавали последнее ради возможности дать своим детям возможность учиться. Образование было настоящей “путевкой в жизнь”,  ремнем лебедки социального лифта. В советское время в дополнение к общественному запросу появилась всеобщая государственная система среднего и высшего образования, которая, как и все остальные сферы жизни, находилась под контролем партийных органов, заинтересованных в массовой всеобщей школе.

Ситуация изменилась в 90-е годы –  рухнула партийно-государственная машина, пронизывающая общество, которая отвечала за поддержание школы в надлежащем уровне, но вместо нее не сформировался  и запрос со стороны граждан на качественное обучение. Энергичные  люди шли в бизнес и криминал, после – в чиновничество и силовые органы, но не в образование, никакой волны новых просветителей не возникло, в результате школы и вузы оказались предоставлены сами себе.

Дикие нравы 90-х, не изжитые в начале “нулевых”, подмяли под себя и систему образования, деньги, как и везде, стали самым действенным рычагом для решения вопросов. Если говорить практически, стало возможно купить все, что угодно – пятерки в школе, место в вузе, сессию, диплом о высшем образовании. Естественно, лучшие учебные заведения сопротивлялись деградации, но предотвратить ее на системном уровне было уже не возможно. Ученик, чей папа пожертвовал солидные деньги на ремонт, или, скажем, сын завуча, мог рассчитывать на отличную оценку в аттестате, и соответственно, появилось множество лазеек для “льготного”, “привилегированного” поступления в университеты. Справедливый замер знаний школьников уступила место блату и деньгам.

В этих условиях Единый экзамен стал хоть какой-то формой сопротивления упадку. При всех недостатках результаты ЕГЭ крайне трудно сфальсифицировать в пользу ученика, и бедный, и богатый оказались равны. И да, эти чудовищные тесты дрессируют детей, но, черт возьми, теперь парень из самого отдаленного населенного пункта равен московскому мажору.

Процедура сдачи ЕГЭ обычно подвергается критики с двух сторон. Во-первых, говорят о том, что результат экзамена так или иначе можно купить (это действительно так), но сделать это стало несравнимо сложнее, чем купить выпускной экзамен в школе или вступительный в вузе, особенно в некоторых специфических регионах РФ, на юге страны. Во-вторых, есть мнение о том, что процедура ЕГЭ под надзором полиции и прочих органов – это, наоборот, явный перебор в жесткости. Однако, каков иной вариант – чтобы учителя открыто сливали ученикам ответы, не отдохя от парты? Вы правда верите, что так будет лучше?

Константин Семин жалуется, что ЕГЭ поддерживает рынок репетиторов, но эта проблема несравнимо меньше по сравнению с коррупционными схемами, существовавшими ранее на самом ответственном рубеже - 11 класс – 1-й курс, когда ради поступления молодежи в достойный вуз в ход шла вся пестрота личных связей и тугость кошелька родителей.

Итожим: ЕГЭ – не более, чем отражение нынешней государственной системы, где разрушены общественные институты, а государство действенно сохранило за собой единственную функцию – контроль. Соответственно, модель экзамена получилась под стать стране – государство-контролер, присматриваюший за учительским сообществом. Можно долго рассуждать, как мы докатились до жизни такой, что не можем доверить экзаменационный процесс школе, но будем честны перед собой – в современной школе работают не только святые люди, но и те, кто вполне комфортно чувствует себя в системе всеобщего мздоимства.

Да, университеты, которые заполняют “жертвы ЕГЭ”, стали другие. Да, ЕГЭ порождает человека-функцию, лишенного полноценных фундаментальный знаний. Да, судьба образования в России полна мрачных оттенков. Однако, я вижу в своей аудитории и старательных ребят со всех уголков страны, которые благодаря своим способностям получили возможность с высокими баллами действительно поступить в лучшие вузы страны, не сдерживаясь территориальными, финансовыми и бюрократическими барьерам. И это меня греет.

Содержание ЕГЭ критикуют заслуженно, но сам принцип Единого Экзамена, равного для всех жителей России, сегодня видится справедливым. С тотальной войной с шпаргалками, с государственной системой утаивания тестов, с ОМОНом и собаками, с перемещением экзаменационной процедуры в другие школы, навалившись всей мощью государства, удалось сделать ЕГЭ более-менее честным, а честность и равенство сегодня у нас в большом дефиците. Без серьезных изменений на государственном уровне на нечто большее рассчитывать не приходится.

Газ за Вас, Владимир Владимирович. И нефть тоже.
pesotskiy
То, что наш Лучезарный выдвинулся на пятый срок в заводском антураже под возгласы "ГАЗ - за Вас!" вновь навело кого-то на мысль о возрождении СССР, с очередным Брезидентом Прежневым в Кремле. Но это всё бутафория, конечно, и даже более того - насмешка над советской эпохой, ведь Горьковский автозавод, осколок былого величия - один из наиболее депрессивных красных автомобилестроительных заводов-гигантов (из выживших). Было бы более логично, если б Путин поехал выдвигаться в показывающий положительные показатели концерн "Калашников".

Ну а несчастном ГАЗу государство не помогло удержанием рынков в начале 90-х хотя бы в странах СНГ, после чего шансов у горьковчан в глобальном хозяйстве, к которому подключилась РФ, где рулевые нашей экономики до сих пор боятся слова "протекционизм" как огня, просто не было.

Сейчас на ГАЗе, приобретенном в начале "нулевых" Дерипаской, работает 25 тыс. человек вместо былых ста с лишним, причем на правах русских гастарбайтеров - с рабочими заключаются месячные контракты, которые могут быть не продлены. Какой уж тут СССР!

По поводу фейкового советизма я уже писал как-то:

"Ржу гомерическим хохотом, когда кто-то начинает доказывать, что якобы Путин строит некий СССР 2.0. Одни говорят это с ужасом, другие - с надеждой, но к реальности это не имеет никакого отношения. СССР - это не только портреты Сталина и пафос на 9 мая. Советский союз имел в своей основе определенную экономическую модель - можно спорить, был ли у нас социализм реальный или фальшивый, но, безусловно, в стране существовало равномерное распределение благ. А что мы имеем сейчас? Достаточно привести три факта:

1. На 1% граждан РФ приходится 71% валового национального дохода.

2. 0,2% граждан России владеют 70% частной собственности.
Цифры могут быть не точны, но все мы примерно представляем, сколько они нажили непосильным трудом.

3. За последние 15 лет в России не было ни одного министра финансов, министра экономического развития и главы ЦБ, которые не были бы ярыми либералами-западниками. Цифра "ноль" здесь точна.

Россия - страна неповторимая, все у нас уникально. Нет аналогов нашему гибриду из власти кагэбэшных управляющих госкорпорациями, вырвавшихся в богачи бывших фарцовщиков, "чикагских мальчиков" в правительстве и региональных феодалов. Но это точно не СССР, дружок."



Видео: Нам нужен Новоновосибирск!
pesotskiy
Вот и вышел наш ролик про необходимость переноса столицы в Сибирь. Идея эта витает в воздухе, отпугивая многих петровским масштабом замаха, но если разобраться - "внутренняя колонизация" России, освоение своей собственной страны - это как раз то, что нужно русским в XXI веке, о чем говорит большое число умных людей, умеющих заглядывать в будещее - от Эдуарда Лимонова до председателя Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрия Крупнова.

Идея важная, но сложная. И никак на данный момент не визуализированная. Вот мы вместе с кудесниками из Outsider production и чумовым Смерч-инфо внесли вклад в исправление ситуации. Вроде неплохо вышло, хотя пафоса товарищи режиссеры ого-го сколько нагнали.


Вышедшие из русских
pesotskiy


Мы живем в парадоксальное время, когда маршем в защиту русского образования в Латвии больше всего в России возмущены даже не либералы, а "русские националисты", разоравшиеся на всю сеть, что никаких русских в Латвии нет, а есть русскоязычные туземцы, не желающие учить евопейский язык, да и вообще слишком много не стремящихся ассимилироваться русских завезли в Латгалию в советское время - виноваты во всем, как вы уже поняли, имперские амбиции.

Характерно, что людей плющит уже даже не от портретов Сталина 9 мая, а от идеологически нейтральной акции против планируемого латвийскими властями запрета русских школ, проведенной в правозащитном, предельно не агрессивном и вполне европейском ключе. Вся эта публика ревнует, что кто-то использует слово "русский" не так, как нравится им - что кто-то оспаривает право пиплхейтеров, презирающих собственный народ вырусей, нести свою ересь от имени "русского движения".

Правый "движ" в РФ корёжит чудовищным образом, причем именно на уровне базовых, основополагающих понятий. Есть здравые националисты, сохранившие голову на плечах, но на каждого здорового приходится один больной, причем, похоже, в терминальной стадии. Раньше беда Русских маршей была в том, что на них приходили зигомёты, но оказалось всё гораздо хуже - зигомёт может вырасти и прекратить вскидывать к солнцу ладошку, а вот с отсуствием базового понимания, кто такие русские и что такое национализм, ничего не сделаешь.

Отстаивание своего языка, культуры, истории - это основопагающие понятия для национальной идентичности, вообще-то. Русское образование важнее экономики, важнее пьяных ельцинских границ, важнее Путина -это всё уйдет, а прошедшие через школу молодые поколения на просторах разорванной в 91-м году страны останутся, и на каком языке они будут говорить и думать - вопрос для националиста ключевой. Это просто азбука. За свой язык цепляться надо, держаться за него, несмотря ни на что, но этот тезис для поклонников какого-нибудь Мальцева или Басманова - не просто пустышка, а повод для возмущения.

Наталья Холмогорова верно подметила сложившуюся ситуацию в статье к очередному, уже бесповоротно умирающему Русского маршу:

"«Движ» сформировался как движение антиинтеллектуальное и нигилистическое, как субкультура, враждебная «большой» русской культуре, стремящаяся как можно больше в ней обесценить и отбросить.

Враждебен он был и русским людям — как живым, так и умершим. Так называемые «овощи» (обычные русские, не принадлежащие к Движению) для члена «движа» были предметом презрения, насмешек и одновременно жгучей обиды на то, что «они нас не ценят, а ведь мы для них стараемся». Прошлое, настоящее и будущее русского народа представало исключительно как цепь бед и неудач; несчастья русских откровенно смаковались; мысль, что, может быть, русских не всегда бьют и не всё у них так беспросветно, встречалась с негодованием.

Русофобия русских националистов поражала и вызывала тяжелое недоумение; но не замечать ее было невозможно. Порча самоненависти проела Движение, как ядовитая плесень. Иногда казалось, что в «движ» косяками идут люди с какими-то тяжелыми проблемами идентичности и национального самосознания, для которых объявить себя русским националистом – единственный способ не свихнуться на почве ненависти к собственному народу и не повеситься от отвращения к русскому-себе."

Если возвратить нынешнее нацдвижение в октябрь 1993 года, то две трети "движняка" будет просить Гайдара раздать им автоматы и с именем Ледовласого направить карать засевших в Верховном совете "совков и ватников". Чудовищно. Даже Баркашова на них нет.

Последний город халифата
pesotskiy
Есть плохая черта - не радоваться победам собственной страны. Как кто-то не аплодировал возвращению Крыма или среагировал не сразу, оглядевшись на мнение своих "лидеров общественного мнения", так и сейчас многие отворачиваются от факта, что российская операция в Сирии завершилась успехом - на днях был взят последний занимаемый игиловцам город - Абу-Кемаль. Это не снимает серьезной критики происходящего внутри России - просто факт: черти-халифатчики больше не имеют своего государства.

Кампания в Сирии изначально вызывала много скепсиса в российском социуме - как минимум, не очевидны были ее конечные цели. Казалось, что ракеты "Калибр", превыщающие по стоимости сомнительные постройки в пустыне, по которым они выпущены - это не более, чем пиар. Однако, вскоре стало понятно, что кроме поддержки со стороны ВКС , в дело включились и "ихтамнеты" - россйские ЧВК, появление которых в относительно публичном пространстве предрекали уже давно.

Сирия не стала ни новым Вьетнамом, ни новым Афганом, а штурм Алеппо все же не походил на бойню на площади Минутка в Грозном. Потери России в САР - на порядки ниже афганских (даже с учетом незарегистрированных), причем, что важно, воевали с черной террористической нечистью "псы войны" - те, кто любит и умеет это делать, причем за достойную плату. Это же хорошо, что люди с высоким fighting instinct находят свою реализацию?

Естественно, ИГИЛ после "потери государственности" продолжит свои атаки, и в Сирии вряд ли скоро наступит спокойствие, подобно тому, как его не в Ираке с 2003 года, а в Афганистане - там нормальной жизни уже нет десятилетиями. Безусловно, что проблема терроризма в меньшей степени решается усилиями вагнеров, однако лучше бармалей из Таджикистана или Узбекистана ляжет замертво в песок Пальмиры, чем приедет убивать в Москву.

Победой в Сирии не стоит упиваться, пока вместо ИГ на глазах вырастает постмайданное УГ, которому Кремль отказывается противостоять - "Украинское Государство", перемалывающее миллионы русских в бандеровцев. Однако, ИГИЛ - это все же абсолютное зло, античеловечество, и если Путин приближает победу над ним, ну что ж - отлично!


?

Log in

No account? Create an account